Гражданские активисты чаще всего отбывают наказание в обычных колониях, по численности обитателей которых в пересчете на 100 тысяч населения Туркменистан занимает лидирующее место в мире. Кто оказывается за решеткой, и как живут заключенные в стране, чьи порядки во многом напоминают законы зоны?
Про якість реформування всієї пенітенціарної системи можна судити і за окремими історіями реальних людей. Хворих людей, яким доводиться виборювати право на медичну допомогу.
Тюремная система на оккупированных территориях никогда не отличалась гуманностью. Но иногда она отнимает жизни заключенных. Так произошло с Русланом Макарцем
Дослідники Львова з Urban Explorers Lviv походили територією виправної колонії №48 що на перехресті Стрийська –Наукова. Їм хотілося потрапити в цю колишню закриту державну установу що була не підконтрольна ані мерії, ані громаді міста.
Не каждый заключенный в Беларуси осужден по закону, но каждый заключённый обязан работать в колонии – тоже по закону.
За последние 10 лет количество заключенных в Украине сократилось более чем в три раза: с 154 027 до 49 472 человек. Этому способствовал новый Уголовный процессуальный кодекс, принятый в 2012 году.
Семеро обвинувачених у заворушенні в Одеській колонії №51, що трапилось 27 травня 2019 року, після розслідування понад рік чекають вироку в СІЗО. Вони двічі влаштовували протест – “проти затягування розгляду”, “проти несправедливих рішень” – і різали собі вени просто у залі суду.
Команда с насильниками и убийцами стала так знаменита, что на неё ставили местные политики и бизнесмены, заработавшие на этом 132 тысячи долларов.
Как показывает практика, ни один украинец не застрахован от того, чтобы попасть в “места не столь отдаленные”. А в реалиях украинской судебной системы отправиться за решетку можно, вообще не совершив никакого преступления.
